нападают засевшие мужи;
Грабят и гонят рогатых волов и овец среброрунных:
Целое стадо угнали и пастырей стада убили.
В стане, как скоро услышали крик
и тревогу при стаде,
Вои, на площади стражей стоящие, быстро на коней
Бурных вскочили, на крик поскакали
и вмиг принеслися.
Строем становятся, битвою бьются по брегу речному;
Колют друг друга, метая стремительно медные копья.
Рыщут и Злоба, и Смута, и страшная Смерть
между ними:
Держит она то пронзённого, то не пронзённого ловит,
Или убитого за ногу тело волочит по сече;
Риза на персях её обагровлена кровью людскою.
В битве, как люди живые, они нападают и бьются,
И один пред другим увлекают кровавые трупы.
Сделал на нём и широкое поле, тучную пашню.
Рыхлый, три раза распаханный пар;
на нём землепашцы
Гонят ярёмных волов, и назад и вперёд обращаясь;
И всегда, как обратно к концу приближаются нивы,
Каждому в руки им кубок вина, веселящего сердце,
Муж подаёт; и они, по своим полосам обращаясь,
Вновь поспешают дойти до конца
глубобраздного пара.
<…>
Так изукрашенно выделав щит и огромный и крепкий,
Сделал Гефест и броню, светлее,
чем огненный пламень;
Сделал и тяжкий шелом, Пелейона главе соразмерный,
Пышный, кругом изукрашенный,
гребнем златым повершённый;
После из олова гибкого сделал ему и поножи.
И когда все доспехи сковал олимпийский художник,
Взяв; пред Пелидовой матерью их
положил он на землю.
И, как ястреб, она с осребрённого снегом Олимпа
Бросилась, мча от Гефеста блестящие сыну доспехи.
Одиссея. Песнь девятая (Отрывок)
Там ни в какие дни года не сеют,
не пашут; людей там
Нет; без боязни там ходят одни тонконогие козы,
Ибо циклопы ещё кораблей красногрудых не знают;
Нет между ними искусников,
опытных в хитром строенье
Крепких судов, из которых бы каждый, моря обтекая,
Разных народов страны посещал,
как бывает, что ходят
По морю люди, с другими людьми
дружелюбно знакомясь.
Дикий тот остров могли обратить бы
в цветущий циклопы;
Он не бесплоден; там всё бы роскошно
рождалося к сроку;
Сходят широкой отлогостью к морю луга там густые,
Влажные, мягкие; много б везде
разрослось винограда;
Плугу легко покоряся, поля бы покрылись высокой
Рожью, и жатва была бы на тучной земле изобильна.
Есть там надёжная пристань,
в которой не нужно ни тяжкий
Якорь бросать, ни канатом привязывать шаткое судно;
Может оно простоять безопасно там, сколько захочет
Плаватель сам иль пока не подымется ветер попутный.
В самой вершине залива прозрачно ввергается в море
Ключ, из пещеры бегущий под сению тополей чёрных.
В эту мы пристань вошли с кораблями;
в ночной темноте нам
Путь указал благодетельный демон:
был остров невидим;
Влажный туман окружал корабли; не светила Селена
С неба высокого; тучи его покрывали густые;
Острова было нельзя различить нам
глазами во мраке;
Видеть и длинных, широко на берег отлогий бегущих
Волн не могли мы, пока корабли не коснулися брега.
Но лишь коснулися брега они, паруса мы свернули;
Сами же, вышед на брег,
поражаемый шумно волнами,
Сну предались в ожиданье восхода
на небо денницы.
<…>
Все мы заснули под говором волн,
ударяющих в берег.
Вышла из мрака младая с перстами
пурпурными Эос;
Верных товарищей я на совет пригласил
и сказал им:
«Все вы, товарищи верные,
здесь без меня оставайтесь;
Я же, с моим кораблём и моими людьми удаляся,
Сведать о том попытаюсь, какой там народ обитает.
Дикий ли, нравом свирепый, не знающий правды,
Или приветливый, богобоязненный, гостеприимный?»
Так я сказал и, вступив на корабль,
повелел, чтоб за мною
Люди мои на него все взошли и канат отвязали;
Люди взошли на корабль и, севши на лавках у вёсел.
Разом могучими вёслами вспенили тёмные воды.
К берегу близкому скоро пристав
с кораблём, мы открыли
В крайнем, у самого моря стоявшем утёсе пещеру,
Густо одетую лавром, пространную, где собирался
Мелкий во множестве скот; там высокой
стеной из огромных,
Грубо набросанных камней был двор
обведён, и стояли
Частым забором вокруг черноглавые дубы и сосны.
Муж великанского роста в пещере той жил; одиноко
Пас он баранов и коз и ни с кем из других не водился;
Был нелюдим он, свиреп, никакого не ведал закона;
Видом и ростом чудовищным в страх
приводя, он несходен
Был с человеком, вкушающим хлеб,
и казался лесистой,
Дикой вершиной горы, над другими
воздвигшейся грозно.
<…>
Спутники стали меня убеждать,
чтоб, запасшись сырами,
Боле я в страшной пещере не медлил,
чтоб все мы скорее,
Взявши в закутах отборных козлят
и барашков, с добычей
Нашей на быстрый корабль убежали
и в море пустились.
Я на беду отказался полезный совет их исполнить;
Видеть его мне хотелось в надежде,
что, нас угостивши,
Даст нам подарок: но встретиться
с ним не на радость нам было.
Удалая старина. Фольклор. Былины
Термином устное народное творчество, или фольклор (от англ. folk – народ и lore – мудрость), называется дописьменное словесное творчество. Произведения фольклора сочиняли талантливые люди, но имена их не сохранились. Тексты былин, песен, пословиц, поговорок и многих других жанров передавали из уст в уста, от поколения к поколению с дополнениями и изменениями.
В XVII веке стали собирать, записывать, классифицировать и издавать произведения устного народного творчества, осознав их красоту и литературную ценность. Важное место среди жанров фольклора принадлежит былине.
Что же такое былина?
Былина («быль» или «ста́рина») – это именно русская (ни у какого другого европейского народа нет этого жанра) народная эпическая песня о героических событиях и значимых эпизодах национальной истории XI–XIV веков. Героями былин являются воины-богатыри, хлебопашцы-силачи, купцы.
Местом зарождения былин считаются поселения в среднем течении Днепра. А наиболее широкое их бытование, то есть устное воспроизведение, происходило на Русском Севере. Все былины (а их насчитывается около 3 тысяч) делятся на два цикла: киевский и новгородский.
Герои киевского цикла – богатыри, защитники Отечества: Илья-Муромец, Добрыня Никитич и Алёша Попович. Но есть среди них и простой крестьянин Микула (былина «Вольга и Микула Селянинович»). Причём последний описан с такой любовью и восхищением, что превосходит князя Вольгу. Он и сильный: один может вытащить из земли соху, чего не удалось сделать тридцати дружинникам Вольги. И красивый:
У оратая глаза да ясна сокола,
А брови у него да чёрна соболя.
